Русский язык – мост, соединяющий национальности

Русский язык – мост, соединяющий национальности

23 марта 2009, 11:07
Наука
Мария
Непросто сразу освоиться в незнакомой стране иностранцу. Возникающие трудности носят в первую очередь коммуникативный характер. Главная преграда в общении – незнание языка. В Белгороде местом, где национальные культуры разных стран сочетаются самым причудливым образом, является общежитие Белгородского государственного университета № 4. Большинство его жильцов – студенты из стран Азии, Африки, Латинской Америки. Очевидно, что именно они в полной мере сталкиваются с «трудностями перевода»: знание языка – основа успешной учёбы. Что в таком случае побуждает их отправляться получать знания в Россию?

«На родине я никак не смог бы получить те знания, которые сейчас получаю в России», – признаётся студент физико-математического факультета Лыонг Ле Хай. Он приехал учиться в Белгород из Вьетнама по государственной линии. Успешно сдав первую сессию у себя на родине, Хай получил возможность поступить в БелГУ на бюджетной основе и принял решение изучать физику. Вьетнамское государство не оставило его без материальной поддержки: каждый месяц оно высылает своему гражданину стипендию. «Моя страна действительно заинтересована в том, чтобы я обучался в БелГУ, – подтверждает Хай. – Для нас очевидно, что уровень развития теории физики в России выше, чем во Вьетнаме. После окончания университета я, скорее всего, вернусь на родину и буду работать учителем или преподавателем вуза. Но возможен и другой путь: остаться в России и заниматься наукой».

В этот момент в комнату, где Хай живёт вместе с другими ребятами из Вьетнама, заходят студенты из Африки. В ходе короткого обмена репликами на русском языке выясняется, что им нужно позвонить на родину. Один из вьетнамцев включает Skype (программа, осуществляющая голосовую связь через Интернет между компьютерами), и студенты связываются с далёкой Африкой.

 

«Ты видишь? – Хай кивает в их сторону. – Мы, иностранцы, общаемся между собой на русском. Этот язык в общежитии – мост, соединяющий представителей различных культур. Однако для меня говорить на нём непросто. И дело даже не в сложности грамматики и непривычном алфавите. Главная проблема – это интонация, я просто не владею русской фонетикой. Даже если я произношу фразу грамматически правильно, то меня всё равно могут не понять из-за нехарактерной интонации. Однако я думаю, что эта проблема разрешима, всё зависит от практики».

Хай забыл упомянуть о том, что различны не только языки, но и культуры двух стран. В качестве иллюстрации любопытен такой пример: во вьетнамском языке существует больше десяти форм местоимения «я». Выбор этих форм зависит от того, к кому вы обращаетесь: к близкому другу или к своему отцу. Так вьетнамцы выражают уважение к собеседнику. Помимо Хая о русской фонетике как главной трудности говорят студенты из другой азиатской страны – Китая. Магистрант второго курса филологического факультета Дэн Хань признаётся, что не в состоянии выговорить звук «р» – в китайском языке он в чистом виде отсутствует.

«Однако это не значит, что другие китайцы тоже не могут произнести этот звук, – предостерегает он от поспешных выводов. – Каждая местность в Китае имеет свой диалект, который часто очень сильно отличается от общенародного языка. Когда один из моих китайских друзей звонит домой и начинает разговаривать на родном наречии, мне кажется, что он иностранец – я не понимаю ни слова! Думаю, что в каком-то из этих наречий, наверняка, присутствует звук ″р″».

Хотя Дэн Хань получает диплом магистра уже в этом году, он не планирует в дальнейшем работать по специальности. Его главная цель – научиться хорошо говорить по-русски – позволит ему реализовать желание заниматься бизнесом: на китайском рынке труда сейчас особенно востребованы люди, знающие русский. Однако Дэн Хань признаётся, что связно разговаривать ему пока сложно. «В беседе ты должен отвечать быстро, – объясняет суть проблемы Хань. – Так быстро, что не успеваешь продумать в голове грамматику фразы, и ты вынужден говорить неправильно. Ведь люди, беседующие с тобой, обычно не привыкли долго ждать ответа».

Но среди иностранцев существует и другой взгляд на эту проблему. Он проявляется даже в том, как эти люди ведут беседу. Эрнани Празереш из Анголы произносит фразы неспешно, как правило, в одной интонации, делая непродолжительные паузы между словосочетаниями. Зато слушать эту речь – одно удовольствие: поражаешься его умению грамотно и логически связно говорить по-русски. «Перед тем как что-то сказать, мне нужно время, чтобы продумать фразу в голове. Особенно трудно даются падежные окончания, – объясняет причину неторопливости Эрнани. – Однако когда мои русские сокурсники начинают о чём-то разговаривать со мной и не слышат быстрого ответа, то думают примерно так: «Он не может ответить, потому что не знает, что я ему сказал! Зачем мне вообще с ним разговаривать?». Поэтому общение у нас не задаётся. Зато преподаватели на моём факультете прекрасно понимают, почему я медлю с фразой, и с ними общение складывается просто отлично».

Эрнани говорит об экономическом факультете, на котором он учится уже второй год. В Анголе обучение в известном иностранном вузе считается престижным, и такие люди, наверняка, получат преимущества при приёме на работу. Хотя, конечно, главный критерий для работодателей – профессиональные навыки, а не степень «раскрученности» университета. Кроме экономики Эрнани интересуется изучением иностранных языков: помимо португальского – официального в Анголе языка (колониальное наследство) – он знает французский, испанский и английский. Сравнивая эти языки с русским, он делает вывод: «Ваш язык наиболее сложен для изучения, потому что очень богат на слова, передающие смысловые оттенки. К примеру, в английском языке для описания движения часто используется глагол «to travel» независимо от используемого средства передвижения. А в русском выбор глагола зависит от него напрямую: «я лечу» или «я еду». На английском же словосочетание «I fly» звучит… Словом, не звучит».

Представитель Латинской Америки колумбиец Джованни Ринкон, третьекурсник факультета журналистики, говорит, что основной трудностью для него стали русский синтаксис и грамматика, отличные от родного для Джованни испанского. Остальные проблемы теперь для него менее значимы: за четыре года обучения в БелГУ Джованни уже довольно хорошо владеет русской речью. Однако работать журналистом в России не планирует: родная Колумбия ему больше по душе.

Что ж, обучаться в России сегодня – это престижно. Кого-то привлекают более развитые области знания, других – сама возможность изучить русский язык, ближе познакомиться с русской культурой. Но не стоит забывать, что престиж заключается не только в знании языка, но ещё и в опыте разнообразного межкультурного взаимодействия.

Антон Волков

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter