Русский язык – поле брани?

Русский язык – поле брани?

Русский язык – поле брани?

20 сентября 2006, 17:17
Общество
Итак, можно сказать, что проект ИА «Бел.Ру» под названием «Русский язык – поле брани?» начинает реализовываться. Начиная работу над ним, мы даже не думали, с какими трудностями можно столкнуться, исследуя проблему сквернословия не теоретически, а на практике. Большинство людей, сталкиваясь с ненормативной лексикой на улице, в магазине, «маршрутке» или у себя дома, либо не придает ей значения, либо старается не замечать доносящихся до слуха «многоэтажных» выражений.

Наверное, каждый на собственном опыте давно убедился, что человека, не стесняющегося в выражении мыслей и эмоций, крайне редко встречают общее порицание и осуждение. К сожалению, мы слишком привыкли в последнее время замыкаться в себе, не задумываясь о том, что поток словесной грязи унижает всех, кто к нему вольно или невольно прикоснулся.

 

«Надо мной не каплет» - этот социальный императив, неудержимо заставляющий людей прятаться в собственном мирке, выпустил на широкий простор не только сквернословие, но и многие другие социальные беды, терзающие сегодня Россию. Несколько дней назад мы встретились с руководителем одного из средне-специальных учебных заведений Белгорода и попросили его разрешить нам анкетирование его воспитанников по поводу их отношения к сквернословию.

 

«На это я пойти не могу, - сказал руководитель. – Контингент учащихся у нас непростой, ругаются практически все, и разрешить вам провести этот опрос – значит представить наш «ссуз» в неприглядном виде. Мне это, естественно, не нужно!» Ни обещание анонимности учебного заведения при опубликовании результатов опроса, ни убеждения в важности исследования проблемы сквернословия не смогли заставить этого человека изменить свое решение.

 

И все же, не все считают, что нужно молчать, когда другие ругаются. Очень приятно, что проект «Русский язык – поле брани?» не остался вне внимания наших читателей. Сегодня нам написала Татьяна, высказавшая свое мнение и о проекте, и о сквернословии: «Спасибо, что поднимаете на обсуждение такие важные вопросы. Сквернословие – не есть безвредная связка слов.

 

Это – распущенность, которая, прежде всего, пагубно влияет на самого человека. Матерясь, человек убивает в своей душе чувство прекрасного, особенно, если матерится женщина. Всё идёт из семьи, из окружения. Женщина должна себя уважать настолько, чтобы не допускать в своей семье подобного образа общения, ведь ребёнок учится на примере родителей.

 

Окружение тоже играет важную роль, но моё мнение, что именно в семье у ребёнка зарождается духовный стержень, именно родители должны направлять своё дитя, учить его. Взрослые люди должны быть сознательны, прежде всего!»

 

Мы благодарны Татьяне за то, что она нашла время и слова, чтобы озвучить свою гражданскую позицию. Предлагаем вашему вниманию мнение других людей, с которыми мы побеседовали прямо на улицах Белгорода. Они не отказались ответить на вопросы о ненормативной лексике.

 

Лидия Ксенофонтовна, пенсионер: «Я прожила долгую жизнь, сначала в Свердловске, потом в Белгороде. По специальности я – горный инженер, работала в проектных организациях, где большую часть коллектива составляли мужчины. Может быть, мне довелось встречаться с особыми людьми, но я практически никогда не слышала «нецензурщины» ни на работе, ни дома. Думаю, что за брань, особенно в общественных местах, люди должны подвергаться штрафам, а может, и более серьезному наказанию».

 

Наталья, швея: «К сквернословию отношусь плохо, ни в моей семье, ни там, где я работаю, никто не ругается. По-моему, в наше время больше ругается молодежь. Каждому замок на рот не повесишь, но бороться с этим надо!».

 

Валентина, молодая мама: «Я каждый день гуляю с ребенком в парке и практически с каждой скамейки, где сидят молодые парни и девушки, доносится трехэтажный мат. Наверное, в этом играет свою роль стремление не выделиться из своего круга, не отстать от сверстников. А семья с этим бороться не может. Взрослые, мне кажется, ругаются сейчас гораздо меньше».

 

Павел Георгиевич, инженер: «Я много лет прожил в Армении, где ругаться не принято вообще, прежде всего, потому, что там слышащий ругань человек воспринимает ее как личное оскорбление, и относится к сквернословящим соответственно. Поэтому к нецензурной брани я отношусь очень болезненно, не ругаюсь сам и не позволяю этого другим.

 

Да, я знаю людей, для которых сквернословить – все равно, что дышать. Они искренне обижаются, когда им делаешь замечание. Для них мат – не зло, но они не понимают, что не все относятся к нему также».

 

Уважаемые читатели, вам судить об этих высказываниях. ИА «Бел.Ру» и проект «Русский язык – поле брани?» ждут ваших отзывов!

 

Куратор рубрики – Ярослав Макаров

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter