Posted 18 января 2021,, 17:05
Published 18 января 2021,, 17:05
Modified 20 августа, 05:45
Updated 20 августа, 05:45
В Белгородской области мошенники забрали 17 квартир у собственников. Некоторые жители региона лишились помещений ещё в 2013–2014 гг., но лишь в 2020 году суд вынес приговор двум организаторам аферы. Процесс над третьим фигурантом уголовного дела ещё продолжается в Свердловском суде Белгорода.
Чтобы добиться возбуждения уголовного дела, потерпевшие несколько лет подряд обращались в полицию, прокуратуру, к депутатам и уполномоченному по правам человека в регионе. Один из полицейских — старший оперуполномоченный управления экономической безопасности и противодействия коррупции Сергей Мартышов, отказавшийся возбудить уголовное дело, — уже получил восемь лет тюрьмы за взятку. Правда, не в связи с этой историей, а по другому поводу: в сентябре 2019 года полицейский попытался получить взятку от сотрудника строительной компании и пообещал за это не проводить проверку.
Несколько потерпевших, по их словам, не смогли взять кредиты в банке и были вынуждены обратиться в компанию, которая предлагала займы под залог недвижимости. Как указано в документах (имеются в распоряжении редакции ИА«Бел.Ру»), кто-то брал деньги на лечение родственников, на оплату учёбы ребёнка. Но при заключении сделки им вручили не договоры займа, а договоры купли-продажи с сильно заниженными суммами и заверили, что этот документ нужен в качестве залога для обеспечения возврата выданных займов. В итоге белгородцы, сами того не желая, продали свои квартиры за мизерные цены. Как правило, в договорах указывалась сумма около 900 тысяч рублей, независимо от реальной рыночной стоимости жилья. Но в итоге потерпевшие, по их заверениям, получали не эту сумму, которая была в разы меньше реальной стоимости квартир, а гораздо меньшую.
Некоторые белгородцы обращались за получением займов в офис компании, а другие — непосредственно к организаторам аферы, узнав о них через знакомых. Потерпевшие заключали договоры с компаниями «БелЗайм», «ИНВЕСТ-СЕРВИС», «БелгородИнвестЦентр».
Оставшиеся без жилья белгородцы заявили, что владельцы фирмы по выдаче займов внушали доверие, и потому они без всяких сомнений поставили свои подписи, считая, что этот договор — временный, и когда они выплатят заём, документ аннулируют.
В начале 2020 года трёх участников аферы заключили под стражу. Об этом сообщила пресс-служба областного УМВД. Как указано в постановлении об аресте Константина Алексеева, в его телефоне нашли переписку с Игорем Мангояном, подтверждающую, что обвиняемые могут оказать давление на потерпевших. Кроме того, потерпевшие пожаловались на угрозы, сопровождавшиеся выстрелами в воздух и ударом в челюсть.
Мангояна, Мартынова и Алексеева обвинили в преступлении, связанном с мошенничеством в сфере недвижимости. На счету аферистов, по данным полиции, 17 эпизодов мошенничества. Общий ущерб оценивается в сумму свыше 30 млн рублей. Двум организаторам аферы Игорю Мангояну и Денису Мартынову уже вынесли приговор в Свердловском суде Белгорода: Мангоян в июне этого года получил два года в колонии-поселении с ограничением свободы на срок один год, а Мартынов в июле — три года в исправительной колонии общего режима. Потерпевшие заявили ИА «Бел.Ру», что считают приговоры слишком мягкими.
Судебный процесс по делу третьего фигуранта Константина Алексеева до сих пор идёт в Свердловском суде. 12 января было назначено очередное заседание, но его отложили, так как подсудимый находится на карантине из-за контакта с больным коронавирусом.
Мошенничество, совершённое организованной группой либо в особо крупном размере или повлёкшее лишение права гражданина на жилое помещение, по ч. 4 ст. 159 УК РФ предусматривает до десяти лет лишения свободы, но двое преступников получили гораздо меньше. Суд учёл, что Игорь Мангоян возместил часть ущерба, а также то, что Мангоян и Мартынов сотрудничали со следствием.
Сотрудники полиции, к которым обратились потерпевшие, выносили раз за разом отказы в возбуждении уголовного дела. В марте 2017 года старший оперуполномоченный управления экономической безопасности и противодействия коррупции Сергей Мартышов отказал в возбуждении уголовного дела по коллективному обращению Елены Юниной, Елены Костенко, Татьяны Романовой и Ирины Лепендиной. Мартышов объяснил отказ тем, что не смог опросить одного из потерпевших, так как тот проживал в гараже и не открыл двери, а также тем, что он не смог вовремя получить копии решений по искам потерпевших, которые пытались с помощью суда расторгнуть договоры купли-продажи. В сентябре 2017 года старший следователь отдела № 5 СУ УМВД России по городу Белгороду Алексей Атаманенко также отказал в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренным ч. 4. ст. 159 УК РФ. Его руководитель отменил отказ в связи с неполнотой проверки и отправил его обратно следователю для устранения недостатков. В декабре отказ в возбуждении уголовного дела по ст. 159 УК РФ вынес уже следователь следственного отдела № 5 И.В. Манышев. В феврале 2018-го Алексей Атаманенко снова отказался возбудить уголовное дело.
Потерпевшие не отступали и продолжили требовать наказания для аферистов, но получили ещё один отказ — в марте 2018-го начальник отдела дознания УМВД России по городу Белгороду, подполковник полиции Игорь Мотузов указал в своём постановлении, что в действиях Алексеева есть состав преступления по ст. 330 УК РФ «Самоуправство» и ст. 171 УК РФ «Незаконное предпринимательство», и сообщил, что сроки давности по этим преступлениям уже истекли.
Жертвы мошенников настаивали, чтобы полицейские завели уголовное дело именно по ст. 159 УК «Мошенничество», и надеялись вернуть квартиры. Однако пока полицейские присылали отказные материалы, аферисты успели перепродать жильё.
Сначала жертвы мошенников не были знакомы и подавали заявления по отдельности. А потом случайно нашли друг друга. Четверо товарищей по несчастью стали вместе писать заявления. Через некоторое время выяснилось, что обманутых и бездомных всего 17 человек, не считая членов их семей, и все они обращались к одним и тем же мошенникам. У одной жертвы аферистов Екатерины Костенко, которая взяла в кредитной организации 235 тысяч рублей на оплату обучения дочери и погашение другого кредита, мошенники отобрали квартиру ещё в 2013-м, а приговоры Мартынову и Мангояну вынесли только в 2020-м. У Алексеева, которому ещё не вынесли приговор, арестовали имущество на десять с лишним миллионов. Арестовано ли имущество у Мангояна и Мартынова, потерпевшим неизвестно. Они сомневаются, что им выплатят всю сумму ущерба, поскольку за эти годы, по их мнению, можно было без спешки потратить 30 миллионов и переоформить имущество на родственников.
В 2018-м, когда жертвы мошенников получили очередной отказ, они обратились к начальнику отдела дознания областного УМВД Альберту Аветисяну. Он в марте 2018-го написал в прокуратуру и потребовал отменить постановление об отказе, вынесенное начальником городского отдела дознания Игорем Мотузовым. Аветисян заявил, что не были опрошены все собственники квартир, не установлены сотрудники, принявшие документы на регистрацию договоров купли-продажи недвижимости и не отработана версия о том, что действия были совершены группой лиц по предварительному сговору. В итоге в апреле 2018-го следователь Атаманенко возбудил уголовное дело в отношении Константина Алексеева за незаконное предпринимательство, совершённое группой лиц. В октябре 2018-го жертвы аферистов обратились за помощью к депутату Госдумы Александру Старовойтову, а тот сделал запрос в прокуратуру. И в январе 2019-го полицейские завели уголовное дело по статье 159 «Мошенничество».
«Из-за Алексеева и Мартынова я и моя жена на старости лет стали бездомными. Мне срочно были нужны деньги, а банки не давали кредиты, потому что у меня были долги. И я через знакомых узнал о займах, которые выдают Мартынов и Алексеев, и в 2014 году решил взять у них 730 тысяч. Я видел, что подписываю договор купли-продажи с Алексеевым на 900 тысяч рублей, но меня убедили, что это временный договор и когда я выплачу долг, его разорвут. В итоге я получил 730 тысяч и фактически отдал четырёхкомнатную квартиру в Весёлой Лопани, которая стоила примерно 2,7 млн рублей. Не может такая квартира в деревне под Белгородом стоить 900 тысяч, а тем более — 730! 900 тысяч были только на бумаге, как у многих владельцев. Константин Алексеев продал её, а потом квартиру ещё раз перепродали. Сейчас мы с женой снимаем жильё у родственников. Дочка живёт у мужа. Мне 62 года, жене 63, и мы уже не сможем заработать на квартиру», — жалуется житель села Весёлая Лопань Вячеслав Юнин.
По аналогичной схеме аферисты в 2014 году лишили жилья белгородца Владимира Кобышева. Из-за 70 тысяч рублей (так указано в приговоре, а по словам Кобышева — из-за 60 тысяч рублей) он потерял однокомнатную квартиру в Белгороде, которая стоила более 2 млн рублей. Сейчас пожилой одинокий мужчина снимает комнату в общежитии. Жительница посёлка Октябрьский Белгородского района Ирина Кузнецова в 2014 году взяла у мошенников в долг 350 тысяч рублей и подписала договор купли-продажи дома, где была указана сумма в 900 тысяч рублей, которые она якобы получила от Дениса Мартынова. В итоге аферисты получили дом стоимостью почти 900 тысяч рублей и участок стоимостью 188 тысяч рублей.
У других потерпевших судьба сложилась ещё трагичнее.
Владимир Колесников стал бомжом и четыре года жил в гараже без всяких удобств, заболел и умер после операции по удалению грыжи. Дочь Владимира Колесникова Ирина Лепендина рассказала ИА «Бел.Ру», что её отец не сразу сообщил о том, что стал бездомным. По словам Ирины, отец уже давно вёл себя очень странно: рассказывал, что слышит голоса, отказывался общаться с родственниками. Мужчина ушёл из семьи, когда Ирине было 16 лет, и надолго исчез из её жизни. Он не открывал двери, когда Ирина и её сестра приходили к нему домой, но спустя несколько лет вдруг вышел на связь и стал иногда общаться с детьми. Пройти обследование у психиатра он отказывался, потому сейчас доказать, что он мог быть недееспособным, и на этом основании отменить сделку уже невозможно. Несколько лет работал подсобным рабочим, а потом уволился. Жил на средства от продажи двух дач, а потом пошёл за кредитом к мошенникам. Он, по мнению дочери, понимал реальную стоимость вещей, продал дачи по рыночным ценам и очень сожалел, что подписал договор с аферистами и лишился квартиры из-за небольшой суммы. Владимир Колесников взял у мошенников всего 150 тысяч рублей, а двухкомнатная квартира без ремонта в старом доме стоила свыше 2 млн. Дочь Колесникова считает, что непорядочные владельцы фирмы по выдаче займов воспользовались его состоянием и убедили подписать договор. Квартиру быстро продали, а мужчину выселили. Он рассказал родственникам о случившемся примерно через год и просил, чтобы они не вмешивались, иначе их якобы могут убить. Владимир Колесников, по словам дочери, боялся Константина Алексеева и нового хозяина квартиры. Но дочь убедила его бороться за свои права и написала заявления в полицию и прокуратуру. Сначала Владимир снимал комнату, а потом перебрался в гараж, где не было ни водопровода, на канализации, из удобств лишь умывальник и ведро. Дочь жила у родителей мужа, своего жилья у неё на тот момент не было.
В сентябре прошлого года он позвонил мне и сказал, что у него болит живот. Мы срочно повезли его в больницу. Он не пришёл в сознание после операции по удалению грыжи. Ему было всего 57 лет.Ирина Лепендина
Ещё про одного потерпевшего рассказал его товарищ по несчастью Алексей Кузнецов: «Виталий Лаптев покончил жизнь самоубийством. Лаптев обращался в полицию, но вернуть квартиру ему не удалось».
Алексей Кузнецов заявил, что его история отличается от других. Он рассказал, что собирался продавать квартиру в Белгороде, в отличие от тех, кто пришёл лишь оформить заём, и просил Дениса Мартынова найти покупателей.
Алексей Кузнецов работал в такси и однажды познакомился с пассажиром Денисом Мартыновым, который представился риелтором. Кузнецов рассказал случайному знакомому, что долго пытается найти покупателей, но ему не везёт. Он продолжил общаться с Мартыновым, а потом попросил у него крупную сумму в долг.
«Потом он дал мне 300 тысяч взаймы без всяких документов, когда понадобились деньги женщине, с которой я встречался, а договор купли-продажи квартиры я подписал позже. Я попросил деньги у него, потому что работал неофициально и не мог взять кредит. Мартынов сказал, что продаст квартиру за реальную цену и перечислит мне деньги за минусом тех трёхсот тысяч. А этот договор на 990 тысяч рублей он потом разорвёт. Я всю жизнь живу в Белгороде, многих здесь знаю. Я привык доверять людям. Тем более у нас с Мартыновым есть общие знакомые. „Двушка“ в то время, в 2014 году, стоила примерно 2,8 млн рублей. А я не получил даже 990 тысяч. Квартиру я получил в наследство от матери. Близких родственников у меня нет. Мне 44 года, у меня уже и проблемы со здоровьем, и силы не те, как мне заработать на жильё? Теперь снимаю комнату в общежитии. Денег, что я зарабатываю в автосервисе, не хватит на ипотеку. У многих, кто вот так доверился, потом возникли ещё и проблемы с родственниками, потому что те тоже вместе с ними лишились единственного жилья. У людей здоровье пошатнулось, кто-то наложил на себя руки. И без этого тяжело, а ещё слышишь упрёки в свой адрес: как же так глупо поступили, поверили на слово?» — жалуется Алексей Кузнецов.
Жертвы мошенников надеются вернуть жильё или получить компенсации, но сомневаются, что это возможно, так как за несколько лет полученные деньги вполне можно было потратить, а имущество переоформить на родственников. Кроме того, квартиры были уже перепроданы, а новые владельцы вполне могут быть добросовестными покупателями.
Старший оперуполномоченный управления экономической безопасности и противодействия коррупции майор Мартышов уже не работает в правоохранительных органах. Как оказалось, он покрывал преступников, которые проворачивали аферы в строительной сфере.
Теперь уже бывший борец с коррупцией оказался замешан в коррупционной истории: оперуполномоченный Сергей Мартышов в августе 2018 года узнал о том, что в отношении одной из коммерческих структур совершено преступление, но не зафиксировал информацию о нём в книге учёта сообщений о преступлениях и не стал проводить проверку, а в сентябре 2019 года через посредника полицейский попытался получить от одного из руководителей этой же организации взятку в 1,3 миллиона рублей, чтобы не проводить там проверку.
В августе 2020 года Белгородский районный суд признал бывшего сотрудника правоохранительных органов Сергея Мартышова виновным в попытке получения особо крупной взятки (ч. 3 ст. 30, ч. 6 ст. 290 УК РФ) и назначил ему наказание в виде восьми лет колонии строгого режима, обязал отдать государству 2,6 млн рублей.
Засветился Мартышов и в другой истории со строительством: он дважды не нашёл состава преступления в действиях сомнительных строительных организаций, получивших тендеры на капремонт в госучреждениях. Речь идёт о госзакупках, где участникам тендеров предлагалось сделать капремонт в больнице за пять дней, а в доме культуры — за месяц. Правозащитник Евгений Соколов обжаловал отказы Мартышова через суд, а прокуратура дважды отменяла постановления Мартышова. На последнее заседание 29 октября 2019-го по иску Соколова Мартышов не явился, потому что его уже отправили в СИЗО из-за истории с взяткой с 1,3 миллиона.