Юрист выиграл суд у МЧС по делу об адресах бомбоубежищ в Белгороде

Юрист выиграл суд у МЧС по делу об адресах бомбоубежищ в Белгороде

6 июля, 16:59
Фото: Татьяна Григорьева/Бел.Ру
В Белгороде суд встал на сторону жителя, который попросил МЧС и мэрию сообщить адреса убежищ и разъяснить, как можно в них попасть, а также заявил о необходимости проведения мероприятий по гражданской обороне.

5 июля в Свердловском суде Белгорода вынесли решение по поводу жалобы регионального управления МЧС к жителю областного центра, правозащитнику Евгению Соколову, который хотел узнать адреса бомбоубежищ.

Вместо адресов правозащитник получил иск от МЧС: руководителю ведомства не понравилось, что белгородец написал обращения в несколько региональных отделений МЧС и попросил рассказать, где прятаться во время обстрелов. Также ведомству не понравилось, что Евгений Соколов назвал начальника управления назначенцем и после получения ответов от МЧС, в которых не было адресов бомбоубежищ, снова отправил обращения тем же адресатам и возмутился, что белгородцы не знают, где укрыться при возникновении опасности.

Ведомство потребовало от жителя Белгорода 50 тысяч рублей в качестве компенсации и потребовало опровергнуть информацию, изложенную в обращениях в отделения МЧС, но Свердловский суд отклонил иск.

Как уже сообщалось, правозащитник не смог получить информацию с адресами бомбоубежищ ни в МЧС, ни в мэрии Белгорода. МЧС сослалось на то, что данную информацию можно получить в мэрии, а мэрия заявила, что адреса засекречены МЧС.

Судья Владислав Сороколетов не разрешил снимать фото и видео в зале суда и сослался почему-то на порядок проведения видеотрансляций в суде, хотя он не имеет отношения к согласованию фото и видеосъёмки, которую судья может разрешить в зале суда сразу после заявления ходатайства об этом.

Евгений Соколов
Фото: Татьяна Григорьева/Бел.Ру

«Я ожидал, что у них взыграет совесть»

На заседании 5 июля в Свердловском суде, который находится в трёх минутах ходьбы от разрушенных после обстрела Украины жилых домов, Евгений Соколов заявил, что ожидал отказа от иска. «После 3 июля я ожидал, что у них взыграет совесть», – сказал правозащитник.

Представители МЧС на судебном заседании 5 июля снова, как и на предыдущем заседании, повторили, что ответили на обращения правозащитника, а Евгений Соколов и его представитель снова подчеркнули, что ведомство не сообщило те сведения, которые он запрашивал, а написало лишь, что бомбоубежища существуют в достаточном количестве, но только для тех категорий граждан, которые будут работать во время войны. Остальным жителям предложили прятаться в паркингах, подвалах и подземных переходах.

Паркинги и подвалы закрыты

Евгений Соколов прокомментировал предложения МЧС и заявил, что он, по совету МЧС, обратился в управляющую компанию, но там тоже сообщили, что не знают, где можно спрятаться во время бомбёжки, а подвал его дома, как и ближайший паркинг, закрыты на ключ. Доступ в паркинг имеют лишь те, кто пользуется услугами паркинга. Кроме того, по мнению правозащитника и его представителей, подвалы и паркинги не помогут при прямом попадании снарядов, а могут спасти разве что от ударной волны.

Евгений Соколов заявил, что он – бывший военный и понимает, что грозит людям при попадании снаряда разной мощности. По его словам, при обстреле из ракетного комплекса «Точка-У», при прямом попадании, спастись можно в бомбоубежище, но не в погребе или подвале. В подвале можно сгореть или погибнуть под завалами. И неизвестно, спасут ли подвалы и паркинги от ударной волны, не говоря уже о каких-то углублениях вроде ям и канав.

В ответе от 21 июня МЧС сообщило, что ключи от подвалов в многоэтажках хранятся в управляющей компании и у старшего по дому. После получения этого ответа у Евгения Соколова возник вопрос: как жители должны попасть в подвал, если старший по дому в данный момент куда-то ушёл?

Сотрудник МЧС заявил, что Евгений Соколов своими обращениями, в которых указано, что ведомство не выполняет свои обязанности, желает запятнать репутацию учреждения в условиях специальной военной операции. А ложные высказывания Соколова, если они останутся безнаказанными, могут нанести вред репутации, и потому управление МЧС не может оставить их без внимания.

Заявления ответчика могут оказать дестабилизирующее влияние на обстановку в области.представитель МЧС

В ответ представители Евгения Соколова поинтересовались, каким образом обращения правозащитника могут оказать такое влияние, и не оказывает ли само МЧС дестабилизирующее влияние на обстановку в регионе в период проведения военной спецоперации, не сообщая гражданам информацию об адресах убежищ и не оповещая жителей об обстрелах? Судья Вячеслав Сороколетов отклонил этот вопрос. Также он отклонил вопрос о том, почему ни разу за всё время проведения спецоперации, когда Белгород подвергался обстрелам, в областном центре не звучали сирены, предупреждая жителей об опасности.

Илья Костюков и Евгений Соколов
Фото: Татьяна Григорьева/Бел.Ру

«Надеются на российский авось»

Представитель Евгения Соколова Илья Костюков заявил, что правозащитник несколько раз звонил в управление ГО и ЧС и тоже не получил информацию об адресах бомбоубежищ: «Вероятно, чиновники надеются на всемирно известный российский авось, ставший уже притчей во языцех».

Илья Костюков напомнил, что приграничные сёла в Белгородской области часто обстреливают и при обстрелах погибли люди, а в Белгороде был очередной обстрел 3 июля, из-за которого погибло пять человек, находившихся в домах в центре Белгорода, были разрушены частные дома и повреждены многоэтажки. И в это время мэрия и МЧС «кивают» друг на друга и не сообщают адреса бомбоубежищ.

В настоящее время страны НАТО резко увеличили поставки на Украину дальнобойной артиллерии, реактивных систем залпового огня и ударных беспилотников, что сильно повышает угрозу обстрела Белгорода, так как дальность этих огневых средств поражения – от 40 до 80 км. В Белгороде нет метро, где жителям можно было бы длительное время скрываться от обстрелов. Поэтому власти обязаны обеспечить людям возможность укрываться в стационарных бетонных бомбоубежищах, а не в подвалах, паркингах и канавах. В связи с этим предположения Соколова о бездействии управления МЧС области полностью обоснованны и не являются заведомо ложными, как утверждает истец.Илья Костюков, представитель Евгения Соколова

мемориал памяти погибших в ходе обстрела ВСУ на перекрестке улиц Попова и Маяковского
Фото: Татьяна Григорьева/Бел.Ру

«Вы свою репутацию потеряли. После 3 июля потеряли!»

Евгений Соколов рассказал, что у «Точки-У» четыре тысячи поражающих элементов и около 500 кг тротила, и если бы снаряд попал не в частный, а в многоквартирный дом, то многоэтажка бы «сложилась».

МЧС говорит, что принимает меры, но я считаю, что нет этих мер! 380 тысяч жизней белгородцев под угрозой! Вы заявили, что в ваши обязанности не входит обеспечение граждан бомбоубежищами, только работающих во время войны. Как быть остальным?!Евгений Соколов, правозащитник

Евгений Соколов добавил, что утверждения о том, что ведомство не обязано сообщать адреса бомбоубежищ и оповещать об обстреле с помощью сирен – и есть подтверждение того, что чиновникам всё равно что будет с жителями Белгорода.

«Вы оповестили тех граждан, которые погибли?! Они погибли во сне!» – спросил правозащитник и добавил, что США, по его мнению, будут поставлять всё новые и новые дальнобойные орудия.

«Вы свою репутацию потеряли. После 3 июля потеряли!» – заявил Евгений Соколов.

Спасёт только бомбоубежище

Правозащитник и бывший военный рассказал, что служил в Афгане и неоднократно попадал под обстрелы меньшей мощности, но всегда знал, где находится бомбоубежище. Евгений Соколов подчеркнул, что, судя по видео обстрела 3 июля, был такой огневой вал, что даже в укрытии при прямом попадании людей бы испепелило и спастись они могли бы только в стационарном бомбоубежище. И даже если бы они были оповещены, то не успели бы спастись. Правозащитник возмутился действиями МЧС, которое не сообщает адреса бомбоубежищ: «Мы знаем, но вам не скажем!».

Судья Владислав Сороколетов встал на сторону правозащитника и отклонил иск МЧС, подчеркнув, что правозащитник не совершил ничего противозаконного, а лишь хотел узнать информацию у ведомства, а также высказал в обращениях личное мнение по поводу работы управления МЧС.

Подпишитесь